Огромное небо Капустина и Янова

В не очень погожий весенний день, а именно 6 апреля 1966 года, лётчики 668 БАП 132 БАД 24 ВА, дислоцировавшейся тогда в немецком городке Финов (Finow), командир самолёта капитан Борис Владиславович Капустин и штурман старший лейтенант Юрий Николаевич Янов получили приказ перегнать Як-28П на другой аэродром.

С утра летчики ждали приказ на вылет, не снимая своих высотных костюмов, но стояла непогода — черные тучи затянули небо над аэродромом. Только в 15.00 им дали приказ на вылет. В 15.30 звено самолетов поднялось в воздух и, пробив облачность, достигло заданной высоты 4000 метров. Самолеты выровнялись, легли на курс. Через полчаса самолеты должны были сесть на другой аэродром а летчики вернуться домой. И вдруг самолет ведущего, пилотируемый Капустиным, резко начал терять скорость. На магнитофонной ленте руководителя полетов их воинской части аэродрома в г. Финов осталась запись:
-83-й, отойдите вправо,- приказал Капустин ведомому и бросил свою машину в сторону.
-Не вижу, где ты? — спросил через две секунды капитан Подберезкин.
-Лети дальше. Я возвращаюсь, — ответил Капустин.

По распоряжению командира ведомый вернулся на прежний курс и еще раз переспросил: «Как у вас?» Капустин не отвечал. На его машине прекратили работу оба двигателя. Такого практически не могло быть. Двигатели — два отдельных, независимых механизма. Комиссия позже установит одновременный помпаж двигателей.

Капустин не знал, что на все действия ему оставалось около 30 секунд. Самолет, с виду похожий на ракету, тянуло вниз. Летчик попытался спланировать кругами. Под крылом была сплошная облачность. То резко бросая вниз, то поднимая машину, Капустин хотел запустить двигатели. Самолет отклонился от курса. Облачность стала редеть, и внизу проглядывался огромный город.

Из рассказа свидетеля западноберлинского рабочего В. Шрадера: «Я работал на 25-этажном здании. В 15 часов 45 минут из мрачного неба вылетел самолет. Я увидел его на высоте примерно 1,5 тысячи метров. Машина начала падать, затем поднялась, вновь падала и вновь поднималась. И так трижды. Очевидно, пилот пытался выровнять самолет». («Красная звезда» 12.05.1966 г.)

Времени на раздумья капитану Капустину не оставалось, и он начал отводить за город почти неуправляемый самолет. С аэродрома поступила команда катапультироваться. Высота терялась. Тогда еще не катапультировались на малой высоте с реактивных самолетов. Созрело решение направить машину на лес, который виднелся вдали. Об этом и сообщил пилот наземной службе.

Но это был не лес, а немецкое кладбище. В воскресный день пасхи 6 апреля 1966 года западноберлинские жители отдавали почести умершим, поэтому там было много людей. Капустин увидел: его самолет несется на них. Наземная служба с этого момента о действиях пилотов ничего не знала — переговорные устройства отказали. Остались записи внутренних переговоров на ленте черного ящика. Командир сказал штурману:
-Юра, тебе надо сейчас прыгать.

Штурман Янов понимал, что выстрел его катапульты даст снижение высоты и так неуправляемому самолету. Он ответил:
-Борис Владиславович, я с вами.
В этом решении и состояло мужество Янова. Его ответ был еще и поддержкой своему товарищу. Ведь в сложившейся ситуации он не мог оказать другой помощи командиру.

Летчики прекрасно понимали: если бросить управление самолетом, то от взрыва на земле тонны горючего, которым была заправлена машина, погибнет множество людей. Огромными физическими усилиями летчик уводил за город неуправляемый самолет от столкновения с многоэтажными зданиями. Вдали виднелись проблески воды. Это были река Хафель и озеро Штессензее.

Туда и направил Капустин самолет. По всей видимости, командир решил посадить самолет на воду, о чем предупредил штурмана. И Янов приготовился к приводнению, отстегнув ремни. Но вдруг перед ними возникла дамба с шоссе, по которому проносились автомобили. С неимоверным усилием летчик потянул рычаги управления. Самолет, приподнявшись над дамбой, потерял скорость, перевалился через нее и резко, с большим наклоном, ушел в воду, под толстый слой ила.

Самолет исчез. Наземная служба о месте падения ничего не знала. Лишь одиночный рыбак на озере был свидетелем катастрофы, которая его шокировала. Позже английские власти начали поиск самолета в озере Штёссензее. Самолет упал в английском секторе западного Берлина в нескольких сотнях метров от границы советского сектора, которая пролегала вдоль озера Штессензее.

Английские спасатели только на вторые сутки достали тела погибших героев, оставшихся за рычагами управления самолета. В это время, с 6 апреля трое суток военнослужащие Группы советских войск в Германии искали место аварии на своей территории.

8 апреля состоялась траурная церемония передачи останков советских летчиков представителям Группы советских войск в Германии. Для передачи тел погибших воинов из Великобритании прибыл королевский оркестр, представители английских войск с большим уважением отнеслись к подвигу летчиков.
На похороны героев каждый город Германии прислал свою делегацию. Людей, желающих отдать последние почести русским парням, было столько, что несколько часов, пока на аэродроме готовились к отправке останков летчиков на родину, колонна граждан ГДР с венками и цветами двигалась непрерывно.
За одну ночь берлинский художник нарисовал красками большой портрет Капустина.

За день на памятнике воинам, погибшим в Великую Отечественную войну, в городе Эберсвальде-Финов была установлена местными немецкими властями мемориальная плита. Тысячи людей прошли мимо памятника, отдавая дань уважения советским летчикам, тысячи цветов были возложены к его основанию.

Тогдашний бургомистр Западного Берлина, будущий канцлер ФРГ Вилли Бранд, сказал: «Мы можем исходить из предположения, что оба они в решающие минуты сознавали опасность падения в густонаселенные районы, и в согласовании с наземной службой наблюдения повернули самолет в сторону озера Штёссензее. Это означало отказ от собственного спасения. Я это говорю с благодарным признанием жертве, предотвратившей катастрофу».

Не один час шли траурные процессии. Провожали в последний путь мужа и отца его жена Галина Андреевна и сын Валерий, учащийся 1-го класса.

Распоряжением правительства отдельно самолетами в города Ростов-на-Дону и Вязьма были отправлены тела героев.

Отец Бориса Владислав Александрович в это время заболел, но, узнав о гибели сына, слег окончательно и, не дождавшись его похорон, скончался. Так и хоронили в один день рядом отца и сына в городе Ростов-на-Дону.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10.05.1966, за мужество и отвагу, проявленные при исполнения воинского долга, капитан Капустин Борис Владиславович и старший лейтенант Янов Юрий Николаевич были посмертно награждены орденами Красного Знамени. Именем Бориса Капустина, похороненного в Ростове-на-Дону, названы улица Ворошиловского района города и школа №51. Юрий Янов похоронен на родине, в Вязьме, на Екатерининском кладбище, и в его честь 1 сентября 2001 года на здании Вяземской средней школы №1 установлена памятная доска.

Память:
О подвиге пилотов написана песня «Огромное небо».
http://ru-aviation.livejournal.com/2234424.html

#герои_mirror_of_history
#катастрофы_mirror_of_history
#авиация_mirror_of_history




See also: